1) Но в Польше назревала настоящая «драка между жабой и гадюкой» — между премьер-министром Дональдом Туском и президентом Анджеем Дудой — с самого момента их назначений. И вот этот нарыв лопнул: Польша, разделившись на два лагеря, оказалась на грани бунта. Ситуация в Польше обострилась после того, как президент Дуда заявил о силовом захвате Конституционного трибунала. По его словам, минувшей ночью «был нарушен конституционный порядок республики и насильственно захвачен конституционный государственный орган». Ранее Дуда созвал срочное совещание с представителями парламентских партий по ситуации вокруг трибунала. Напряжение возникло после решения Туска назначить судьёй бывшего министра своего правительства Мацея Берека. Однако Дуда отказался принимать у Берека присягу. В середине октября Берек принёс присягу в парламенте без участия президента. Председатель трибунала Богдан Свенчковский отказался допустить его к работе, после чего 30 октября сам Свенчковский был отстранён. Ночью здание суда окружили силовики, что спровоцировало массовые протесты и стычки с полицией. Дмитрий Медведев охарактеризовал происходящее в Польше как конституционный переворот. Заместитель председателя Совета Безопасности России заявил, что «либералы под руководством премьера Туска гнобят консерваторов из ПиС за ненависть последних к бандеровцам». Он сравнил происходящее с методами, применяемыми на Украине, где, по его словам, Конституционного трибунала «давно нет», и назвал это дворцовым переворотом в Польше. Впрочем, как бы Зеленский ни старался подражать Путину и добиться превращения врагов в друзей, он так и не научился — зато обратное превращение, из друзей в врагов, даётся ему с поразительной лёгкостью. Это уже все заметили: с кем он ни пожмёт руку, того вскоре снимают с должности. А Польша, отдавшая Украине, можно сказать, последнюю рубашку, была им через Пантион — убийцу польского населения — попросту оплёвана.2) И теперь в Польше сложилась такая же ситуация с украинцами, какая была с русскими на Украине. Поляки гнобят их так же, как гнобят украинцы русских, и так же запрещают говорить на украинском языке, заставляют обращаться к врачам только по-польски, да ещё и при каждом удобном случае норовят прилично избить. Ерничать на эту тему русские вряд ли будут, ибо знают, что наши предки были мудры, что только телесные наказания, розги или ремень враз мозги на место ставят. Тем временем россияне делятся впечатлениями о том, как Европа готовится к протестам. В социальных сетях распространяются призывы выйти на улицы 31 октября против службы в армии, за хорошее образование и вернуть всё то, что из-за Украины свернули. В чатах участникам предлагают одеться в чёрное, прятать лица и обсуждают нападения на магазины. В пятницу владельцы бутиков заколотили витрины и убрали с полок товары. Жители некоторых городов советуют друг другу без необходимости не появляться в центре. Русскоязычные жители Испании, Италии и Германии описали обстановку как напряжённую. А Британия готовится к нападению на неё России и срочно закупает соль, спички и прочую снедь, но главное — от страха, как бы чего не случилось, британцы скупают туалетную бумагу километрами. Но за этой суетой проглядывает нечто куда более масштабное: видно, что какие-то силы довели Запад до такой стадии, что он стал походить на тонущий корабль, с палубы которого уже несется отчаянный крик: «Спасайся кто как может!» И тут уже не до сантиментов — крысы бросились с корабля налегке и, естественно, бросили своих ситуативных попутчиков — поляков и литовцев. А ведь этого стоило ожидать, ибо Европа хотела чужими руками Украины уничтожить Россию, а когда закончатся украинцы — запустить поляков, прибалтов и далее по списку восточноевропейцев. Сейчас уже каждый сам за себя, и кто знает, закончится ли всё это только внутриевросоюзской бучей — или Европу ожидает нечто куда более страшное. Но это лишь моё мнение, а выводы — за вами.

  1) Но, как я уже писал, на лидерство в Западном мире претендуют три силы. Это их старый католицизм, Британия и радикал-сионисты. Первые две силы направлены на то, чтобы руками украинцев уничтожить Россию, но срок их годности подходит к концу. А вот последняя, проникнув во все ветви власти на обоих континентах, незримо руководит всем процессом и потихоньку подталкивает Западный мир к междоусобице — чтобы они сами себя и порешили. Это сейчас Демпартия, у которой явный кризис лидеров, вытащила нафталинного Обаму, и тот начал лозунговать прописные истины: мол, раньше всё было намного лучше, и деревья выше, и бензин по цене ниже. Хотя именно радикал-сионисты в лице Киссинджера и устроили это роковое снижение жизненного уровня народов Западного мира и огромнейший долг как США, так и Европы. И как только страны мира, игнорируя доллар и евро, на чём и настаивает Путин, начнут взаиморасчёты в других валютах — а т. к. Европа почти всё закупает, а США на напечатанных фантиках привыкли к халявной жизни, и как только они лишатся всего этого, тут же и произойдёт конец всему Западному миру. А значит, что уже кощеева игла извлечена из яйца и в руках Путина, но чтобы сломать её конец, необходимы усилия всех постколониальных стран и стран Ср. Азии. Но начатая Зеленским тенденция быстрого обогащения зацепила и многих других лидеров стран. И они также решили на жизнях своего народа разбогатеть, а это можно осуществить, только будучи пособником Западного мира и отвергая все начинания Путина и Си. Но то ли тупой, то ли хитрый Обама в этом обвиняет Трампа, хотя будь этот цветной во власти, всё было бы куда хуже. 2) Ибо только аналитический ум и смекалка прирождённого бизнесмена в какой-то степени после развала США Байденом и сохранил страну, и в какой-то степени даже кое-что улучшил. А не попадись он от своей нарциссической натуры на посулы Нетаньяху, пожелавшего его руками уничтожить Иран, — что довольно-таки сильно поколебало авторитет США как гегемона, и, к примеру, монархи Залива уже думают, что лучше заключить мир с Ираном, чем быть игрушкой в руках Америки и вдобавок быть разрушенными. И вот из этих трёх зол — из католицизма, Британии и радикал-сионизма, которые мешают быть миру на земле, — сионисты самые живчики, самые напористые и кровожадные, и звероподобные действия Нетаньяху, схожие с нацистским геноцидом, этот радикализм и олицетворяют. И поэтому Израиль, как дьявол, убеждающий мир, что его нет, так и он вроде как и не при чём, а это, мол, сам Зеленский творит теракты в России, а что иногда израильское вооружение использует — так он и американское, и европейское так же применяет. Всё началось с того, что европейские лидеры — словно в комнате внезапно включили свет — отказались фотографироваться с Лавровым по протоколу и разбежались, точно тараканы от яркого света. И само это поведение говорит о многом: оно выдаёт, что для них Россия — свет в тёмном, сатанинском западном царстве, свет, который им ненавистен и который они уже много веков пытаются погасить. Однако и на этот раз, стараясь вклиниться в переговоры, Европа будто позабыла, что открещивается от прямой войны с Россией, — а теперь прямо кричит, что она непосредственный участник и должна сидеть за столом переговоров. Глава МИД РФ Сергей Лавров прокомментировал дизельные договорённости с США, отметив, что не стоит питать иллюзий в отношениях с Вашингтоном. Он подчеркнул, что Россия никогда не политизировала экономическую сферу и всегда готова поддерживать взаимовыгодные коммерческие предложения. При этом Лавров предостерёг от излишнего оптимизма, заявив, что «восторженные возгласы некоторых наших политологов и экспертов о том, что дизельная сделка якобы прорвала блокаду, преждевременны. Нужно всё-таки опуститься на землю и иллюзий не питать». На фоне этих событий тревожным эхом прозвучало предупреждение России в адрес США: «Первый удар будет по вам». И вот, словно в подтверждение этих слов, у поместья Дональда Трампа во Флориде, а также рядом с аэропортом его имени были замечены системы ПВО — зенитные ракетные комплексы и установки для борьбы с дронами. Секретная служба США поспешила заявить, что соответствующие меры приняты для обеспечения безопасности в связи с возросшим уровнем угроз. Ранее аналогичные системы появились и у гольф-клуба Трампа в Нью-Джерси. Чует рыжий кот, чьё мясо съел. Но это лишь моё мнение, а выводы — за вами

  1) Но на Европу медленно, как тяжёлое сырое одеяло опускался вечер. За окнами европейских столиц ещё горели витрины, ещё сверкали рекламные экраны, ещё бодро улыбались политики с телеэкранов, но под этим блеском всё отчётливее проступали трещины. Они шли не по стенам домов. Они шли по самим основам мира, который десятилетиями называл себя образцом благополучия и здравого смысла. Украина уже не напоминала ту страну, которую когда-то рисовали на плакатах и в речах. Измученные города погружались во тьму, люди привыкали жить от тревоги до тревоги, от отключения до отключения. Там, где ещё вчера говорили о европейском будущем, сегодня всё чаще думали о самом простом: будет ли тепло зимой, загорится ли лампочка вечером, заработает ли насос, чтобы подать воду в дом. Большая политика постепенно превращалась в бытовую арифметику выживания. И чем ближе становилась зима, тем тревожнее смотрели на восток европейские чиновники. Их пугали уже не сводки с фронта. Их пугала перспектива нового человеческого потока. Миллионы людей, потерявших надежду, всегда движутся туда, где ещё горит свет. И этот свет пока оставался на Западе. Первой удар могла принять Польша. Ещё недавно её называли примером решительности и военного энтузиазма. Варшава стремительно вооружалась, закупала танки, самолёты, ракеты, превращаясь в главный форпост восточного крыла НАТО. Но история любит иронию. Пока генералы изучали карты будущих сражений, врачи всё чаще говорили о другом фронте. О людях с искалеченной психикой. О тех, кто несёт войну внутри себя. О тех, кого невозможно вылечить новой партией бронетехники. И всё чаще возникал вопрос: кто заплатит за этот праздник милитаризма? Ответ был стар как мир. Не министры. Не банкиры. Не владельцы корпораций. Заплатят обычные люди. Те самые, которые утром едут на работу, оплачивают коммунальные счета и пытаются собрать деньги детям на образование. На другом берегу Атлантики тоже начинали ощущать неприятный вкус собственных решений. Мир всё сильнее походил на театр абсурда. Политики требовали экономического давления на Россию, и одновременно искали способы закрыть собственные энергетические проблемы. Санкционные речи сталкивались с реальностью рынка, а громкие лозунги разбивались о стоимость топлива и электроэнергии. Европа тоже выглядела всё менее уверенно. Денег становилось меньше, вопросов больше. Каждый новый пакет помощи вызывал всё меньше восторга и всё больше раздражения у собственных избирателей. Люди неожиданно начали интересоваться не судьбами мировой демократии, а своими зарплатами, ценами и налогами. Для многих европейских лидеров именно это становилось самой опасной новостью. Россия тем временем продолжала стоять. Не так, как обещали её сторонники. И не так, как предсказывали противники. Просто стояла. А где-то на Балканах свою сложную игру вела Сербия. Народ по-прежнему смотрел на Россию с симпатией, но властью всегда движут не чувства, а расчёт. Белград балансировал между центрами силы, стараясь не поссориться ни с одним из них окончательно. Такова судьба небольших государств, оказавшихся между жерновами больших интересов. Но самые любопытные процессы происходили в самой Великобритании. Когда-то её называли империей, над которой никогда не заходит солнце. Теперь солнце всё чаще скрывалось за серыми тучами внутренних проблем. В старом королевстве всё заметнее звучали голоса тех, кто хотел идти собственным путём. Шотландцы вспоминали о независимости. В Уэльсе вновь говорили о национальной идентичности. В Ирландии старые споры продолжали жить под тонким слоем политической вежливости. Лондон отвечал привычно. Не танками и не виселицами. XXI век предпочитал другие методы. Скандалы, расследования, дискредитацию, управляемые утечки информации. Намного дешевле. Намного эффективней. Британский публицист Стив Качинский, рассуждая о возможном будущем королевства, говорил спокойно, почти буднично. Но за этой спокойной интонацией чувствовалось понимание простой истины: государства редко распадаются внезапно. Сначала рушится вера людей в общий дом. Потом начинают расходиться комнаты. И лишь затем трескается фундамент. Любопытно, что религия, когда-то определявшая судьбы островов, сегодня отошла на второй план. Люди спорили уже не столько о вере, сколько о власти, экономике и праве на собственный голос. Даже мусульманские общины, вокруг которых так любят строить политические страшилки, оставались скорее наблюдателями, чем главными участниками этих процессов. И всё это складывалось в одну большую картину мира, который вступал в эпоху расплаты за собственные заблуждения. Одни слишком долго верили в силу денег. Другие слишком долго верили в силу оружия. Третьи решили, что историю можно отменить указами и резолюциями. Но история никогда не исчезает. Она терпеливо ждёт. А потом появляется снова и выставляет счёт. И чем громче политики уверяли своих граждан, что всё находится под контролем, тем отчётливее становилось ощущение обратного. Старый мир ещё стоял на ногах. Но в ночной тишине уже слышался скрип его перекрытий. И этот звук невозможно было заглушить ни пропагандой, ни санкциями, ни очередными громкими заявлениями о победе, которая почему-то всё время оставалась где-то впереди. Но это лишь моё мнение, а выводы — за вами.

1) Но в тот хэллоуинский вечер Белый дом выглядел почти как декорация к доброй сказке — той, где свет фонарей смягчает даже самые суровые лица. Пахло тыквенным пирогом и корицей, дети с сияющими глазами тянулись за сладостями, а Дональд Трамп и Мелания улыбались гостям, привычно исполняя ритуал праздника — без запинки, как исполняли его десятки раз до этого. Но среди ведьм, супергероев и сказочных персонажей вдруг появились двое детей, словно шагнувшие не из американского пригорода, а из совсем другой эпохи — из времени, которое, казалось, давно пожелтело на страницах учебников. Мальчик был в советской военной фуражке с красной звездой и шевроном танковых войск. Рядом стояла девочка в русском сарафане и кокошнике — яркая, как праздничная ленточка в будний день. Вся сцена выглядела настолько неожиданно, словно кто-то случайно вклеил страницу из старого семейного альбома в современный американский комикс. Мелания на мгновение задержала взгляд на фуражке и осторожно коснулась её рукой — простой человеческий жест любопытства, почти детский в своей искренности. Но именно из таких мелочей и рождаются большие истории. Камеры щёлкнули затворами, фотография улетела в мир и начала жить собственной жизнью — быстро, шумно, беспощадно. А дальше произошло то, что всегда происходит в наше время. Тысячи людей смотрели на один и тот же кадр, но видели совершенно разное. Для одних это были просто дети в необычных костюмах. Для других — политический намёк. Для третьих — историческая ирония. Трамп продолжал раздавать конфеты, где Трамп, казалось, не придал особого значения столь оригинальному выбору наряда — будто и не заметил его вовсе, будто ускользнуло оно от его внимания, как случайный блик на стекле. 2) Но, видимо, собрал всю волю в кулак и просто продолжал свою миссию: протягивал сладости детям, и лишь рука чуть дрогнула, когда он вручал их каждому отдельно. Наверняка его мысли сразу улетели в Россию, к Путину — наверно, единственному человеку, которому можно доверять. И он наверняка этой дружбой воспользовался. Но, как поётся в песне, не всё могут короли, а политика — дело грязное, где даже поневоле таким, как Трамп, приходится лгать и предавать даже тех, на кого в самом критическом положении мог бы положиться. И если бы он вместе с Путиным и Си начал политику мира, то населению Земли им бы тоже поставили прижизненные памятники — но только Трампу как Кеннеди, наверняка посмертно. А именно старикам, у которых есть для кого жить, хочется подольше задержаться на этом свете — пусть и в мире, который слишком часто забывает, ради чего он, собственно, держится. К примеру, Киссинджер специально дожил до 100 лет, ибо стимулом у него было посмотреть на плоды своего труда — мести за вековое гнобление евреев. Что он осуществил с откреплением доллара от золота, сделав его оружием, но в наше время уже и истёкшим сроком пользования. И житьё Америки в долг, так сказать, рейганомика — отчего такой огромный долг у США и такая же падающая в точку невозврата Европа, медленно, но неумолимо сползающая в собственную тень. Когда-то на Кавказе был обычай: среди грохота сабель, среди криков и крови на поле битвы выходила женщина и бросала на землю платок. И мужчины тотчас опускали оружие, ибо перед ними вставала сама жизнь, ради которой они когда-то взяли в руки меч. В наши дни люди уже не носят черкесок, не скачут в атаку на конях и не слушают горских сказителей у вечернего костра. Но человеческая душа почти не изменилась. Она всё так же устаёт и плачет от ненависти и всё так же ищет хоть один луч света среди бесконечного мрака — ищет упорно, порой вслепую. Поэтому Запад так оживлённо и обсуждал Меланию Трамп, спасающую детей, а ныне спасла в Алешках от геноцида режима Зеленского людей, которые от голода, как в нацистских концлагерях, уже ели траву. И чем сионист гей-наркоман Зеленский отличается от такого же гей-еврея наркомана Гитлера? Однако Мелания для одних была просто супругой известного политика, а для других стала символом того редкого голоса, который напоминает миру о простых вещах. О детях. О матерях. О людях, оказавшихся между жерновами большой политики. В мире, где каждый день говорят о ракетах, санкциях, наступлениях и контрнаступлениях, самым необычным поступком вдруг становится призыв вспомнить о человеке. Старики говорят, что Господь измеряет не громкость речей, а вес поступков. Не количество обещаний, а количество спасённых судеб. История человечества знает немало правителей, полководцев и министров. Большинство из них давно забыто — их имена стёрлись, как надписи на старых камнях. Но память часто сохраняет совсем других людей. Тех, кто среди всеобщего безумия осмелился сказать: хватит. И потому старая легенда о женщине с платком продолжает жить. Меняются века, меняются одежды, меняются государства. Но каждый раз, когда кто-то пытается остановить поток человеческого страдания, на поле очередной битвы словно падает тот самый белый платок. А остальное уже решают люди. Потому что Господь действительно всё видит. И каждому воздаётся по делам его. Но это лишь моё мнение, а выводы — за вами.

 🔥 1) По всему видно: Запад настолько достал Путина, что он вынужден был им напомнить о себе. Россия, мол, поддерживает международное морское право. Но кто-то, похоже, хочет, чтобы в Балтике сложилась такая же напряженная ситуация, как в Персидском заливе или Ормузском проливе. «Мы такого не хотим. Но на любой вызов ответим», – прозвучало как предупреждение. Многие в Европе, говорят, готовятся к войне с Россией к 2030 году. Москва, в свою очередь, готова к любому развитию событий, но войны не желает. При этом она напоминает об уроках двух мировых войн, ведь Западу так и не удалось добиться стратегического поражения РФ. «Если дело дойдет до войны России с Европой, победителей не будет», – таков неутешительный прогноз. Переговоры с лидерами Финляндии и Норвегии, кстати, состоялись по их собственной инициативе. Стубб и Стёре сразу уточнили, что действуют от имени своих государств, а не Евросоюза. Путин назвал их решение связаться с Москвой правильным. Хотя, как выяснилось, в этих переговорах хотел поучаствовать и Зеленский, чтобы передать свои пожелания. Однако в Европе этот телефонный разговор вызвал шокирующую и неоднозначную реакцию. Он лишь увеличил разрыв в уже трещащем по швам Союзе. Причина в том, что правительство Брюсселя, которое никто не выбирал, хочет того, чего не хотят многие страны ЕС. Например, страны, и так финансово истощенные, должны покрывать огромные долги Украины, да еще и финансировать войну. Но, как известно, в долг войны не выигрываются. Здесь, как говорится, «либо грудь в крестах, либо голова в кустах» – рискованный выбор между двумя крайностями: либо добиться высокого положения, славы, успеха, либо потерпеть полное поражение. И, скорее всего, для Европы и Украины будет последнее. Ибо история разворачивается перед нами, и, похоже, для Европы и Украины наступает финальный акт. Ведь, как говорится, пуганая ворона и куста боится. И как бы они ни храбрились, их воинский дух, особенно без поддержки своего лидера, США, уже не восстановится. А эти суетливые демонстрации силы на видео, учения, пиратские выходки на морях – всё это происходит, пока Вашингтон ещё не покинул ряды НАТО. Всё это лишь попытка труса успокоить собственное население, убедить их, что у них есть чем ответить «агрессору», и ошеломить, остановить ту Россию, которая, как им кажется, вот-вот нападёт. Однако европейские лидеры, те, кто стоит у финансовой кормушки, прекрасно понимают: русофобия – это лишь ширма для народа, чтобы он молчал, пока его грабят. 🔥2) А то, что Россия им и даром не нужна, красноречиво говорит история с оккупацией, которую снял Горбачёв. Ему, кстати, ещё при жизни, с явным намёком, поставили памятник, напоминающий зека в бушлате с молотком, идущего в промзону сколачивать ящики. Впрочем, в Европе почти все лидеры стран либо геи, либо, как Меркель, лесбиянки. А у премьера Нидерландов, помолвленного с аргентинским хоккеистом, скоро родится ребёнок через суррогатную мать — несчастное дитя с такими «родителями». И если взглянуть на гея Макрона, который довёл свою страну до ручки, так что люди, рискуя жизнями, вышли на улицы, а лучшим праздником для них стал гей-парад, то разве можно с такими о чём-то договариваться? Это Трамп пришёл и навёл порядок в американской армии. А то ведь там просто был рассадник — от генералов до простых солдат сплошной букет адептов ЛГБТ и всего, что из этого вытекает. А ВСУ тем временем, едва прослышав об объявлении перемирия в Алёшках ради прохода гуманитарного конвоя, тут же смекнули: это шанс выиграть побольше времени. И принялись тянуть его всеми силами — лишь бы успеть передислоцировать свои военные силы и всё прочее, лишь бы снова встретить натиск российской армии во всеоружии. Ради этого они с поистине изощрённым усердием заминировали все дороги — так плотно, так коварно, чтобы российским сапёрам пришлось потратить на разминирование как можно больше времени. Это явно бесчеловечная акция — акция в духе наркофюрера Зеленского, прирождённого труса и подхалима. Но чтобы скрыть свою трусость, поднять собственную наглость и явить хоть какие-то командирские задатки, он и прибег к наркоте. Впрочем, у этого, можно сказать, допинга власти есть и обратная сторона медали — постоянные психические срывы. То же самое и по тем же причинам происходило и с самим Гитлером, который под действием наркоты и покончил с собой. Возможно, и новоявленного фюрера Зеленского ждёт нечто подобное — того самого Зеленского, который уже принялся приказывать всем тем, к кому раньше приходил как попрошайка, в том числе британскому королю и другим европейским монархам. Теперь он, словно настоящий фюрер, держится на плаву и даже осмеливается критиковать Трампа и Маска, хотя по сути его на «Старлинке» просто грабят. А это похоже на то, как руку кусают руку кормящего. Зеленский, кажется, твёрдо уверен, что ветер перемен скоро сметет Трампа. Но Трамп — боец, и он, поддержав Нетаньяху, заручился голосами американских евреев и их сторонников из влиятельного протестантского лобби. Так что хоронить Трампа ещё рано, несмотря на надежды демократов и визг их продажных СМИ. Жаль только, что и сам Трамп, меняющий свои взгляды как перчатки, непредсказуем. Да и Америка, с её постоянно сменяющимися президентами, тоже. Особенно в период этой «смертельной» конфронтации между правящими партиями, где каждое новое начинание одной стороны напрочь отметается другой. В такой ситуации Вашингтон способен лишь на мелкие локальные войны. Именно поэтому, как только началась эта междоусобица, Байден, даже рискуя своим имиджем, бегством поспешил покинуть Афганистан. И только Россия, кажется, способна соблюдать договорённости и вести на поле боя даже долгосрочные, всегда победные войны. А Запад в таком раскладе, где-либо две хозяйки на одной кухне, либо два зверя в одном логове, не сможет ужиться и вскоре сам себя изживёт. Но это лишь моё мнение, а выводы — за вами.

  

🔥1) Но в стародавние времена русские изъяснялись на французском — блистали им в салонах, лелеяли его как знак причастности к просвещённой Европе. А после победы над Францией этот язык вдруг умолк, и вместе с ним угасла и любовь к ней, сменившись глухой, застарелой неприязнью. Перед Великой Отечественной войной многие советские люди владели немецким, и после поражения Германии история повторилась с пугающей точностью. А ведь как вначале пресмыкались — то перед Францией, то перед Германией, то вообще перед всей этой якобы просвещённой Европой. И в наше время всё повторяется по тому же кругу, только язык сменили на английский. И вроде из-за этого и потеряли СССР, и в девяностые чуть ли не добили американцы Россию и раскололи её, как будто ртуть из разбитого градусника, на мелкие, дрожащие капли. Но всё равно впустили врага к себе в душу — туда, куда он, естественно, просто нагадил всем тем, от чего и сам бы хотел избавиться. И уже появились анклавы, даже с собственными деньгами, а криминал взлетел до небес. И вновь, как и в прошлые времена, русские начали напрягать свои мозги, напрочь запудренные мечтами о жизни в западном земном раю. Но, видать, Господь, узрев этот беспредел в затуманенных умах россиян, решил исцелить их тем же проверенным способом, что и прежде. И действительно, только война, огонь, смерть и колоссальный стресс способны вернуть на место затуманенное мышление россиян. И вот всё вернулось на круги своя — на этот раз благодаря Путину, первому православному, чисто русскому лидеру государства и всего народа, вытащившему падающую Россию из зловонной клоаки. И только он из всех ранее правителей России сообразил, что надо не следствием излечиваться от влияния Запада, а устранить саму причину преклонения перед ним, — и заставил народ строить самому земной рай, да ещё лучше западного. А русские снова начали ненавидеть не только англосаксов по обе стороны океана, но и саму Европу, зачинщицу всех бед России. И настолько, что люди Запада стали бежать на постоянное место жительства в Россию — от криминала, в том числе и от эмигрантского, от ЛГБТ-повестки и прочего, как раньше от коммунистов народ бежал туда. Жаль только одно: что война и мегарегулятор (Набиуллина) мешают быстрому построению собственного мироздания и окончанию войны. Тем более что армия постоянно наступает, и, вопреки логике, будто она должна терять личного состава больше защищающейся стороны, российские потери в разы меньше, чем у паникующей и отступающей Украины. Но любая война сопровождается — ЭТО не только боевыми действиями, но и борьбой за интерпретацию происходящего.🔥2) А когда ситуация меняется в пользу одной из сторон, политики стремятся приписать успех себе; когда же наступают неудачи, ответственность перекладывается на обстоятельства, союзников или отдельных командиров. Именно поэтому известная мысль о том, что победа имеет множество отцов, а поражение остаётся сиротой, продолжает звучать актуально. На этом фоне особенно заметны дипломатические сигналы. Контакты европейских политиков с российским руководством одни воспринимают как признак изменения подходов, другие — как попытку сохранить каналы связи на случай возможных переговоров. Сам факт телефонных разговоров ещё не означает политического разворота, однако показывает: даже в условиях жёсткого противостояния государства оставляют пространство для общения. Не менее важную роль играет информационная риторика. Образы «трусливого коррупционного Запада, боящегося потерять всё», «звероподобного узурпатора Зеленского, возомнившего себя властителем этого западного мира» или «пушечного мяса из украинцев» не столько объясняют события, сколько мобилизуют аудиторию и формируют эмоциональную картину мира. Подобные формулировки превращают сложный конфликт в историю о безусловных героях и злодеях, где сомнения и нюансы объявляются слабостью. Внутри Украины одной из самых острых тем остаётся насильственная мобилизация. И сообщения о новых способах ловли мужчин, как бездомных псов, вызывают споры о границах полномочий государства и соблюдении прав граждан. А в условиях затяжной войны власти пытаются пополнять армию, но жёсткие методы могут усиливать недоверие общества и подрывать легитимность самой мобилизационной политики. Будущее Зеленского также становится предметом политических прогнозов. Одни аналитики считают, что его позиции ослабнут после завершения активной фазы конфликта, другие полагают, что он сохранит влияние благодаря международной поддержке и роли символа украинского сопротивления. Однако подобные оценки часто строятся не на проверяемых фактах, а на политических предпочтениях авторов. Ибо уже сформировалось мнение, что все его спонсоры, состоящие у него на зарплате, чтобы избавиться от страха перед ним за своё будущее, будут подталкивать его к переговорам и выборам, зная, что он их точно проиграет. И тогда за его жизнь никто не даст и гроша, а они избавятся от страха быть разоблачёнными и с позором изгнанными. Впрочем, обвинения Западом России в своих проблемах не столь беспочвенны: виновницы всему — российские энергоносители и СПГ, от которых Запад всё время хочет избавиться, но без них жить не может. Сами себе проблемы создали, а теперь закупают втридорога. И чем выше цена, тем хуже живёт их народ и больше бунтует, принося ущерба ещё на многие миллиарды. Но это лишь моё мнение, а выводы — за вами.

 🔥1) Но на полях ФСЭГ разговор о будущем энергетики начался почти торжественно. Путин выступил с речью о глобальной трансформации отрасли и, обращаясь к участникам форума, указал на то, что назвал двойной моралью Запада. «Европа долгие годы развивалась благодаря углю и углеводородам, — отметил он. — Но теперь тем же развивающимся странам предлагают отказаться от традиционных источников энергии, не учитывая их собственный исторический путь и реальные потребности». По словам российского президента, энергетическая политика должна быть справедливой, а диалог — открытым для всех участников, в том числе для сторонников «зелёной» повестки. Он напомнил, что европейские государства, столкнувшись с проблемами энергобезопасности, сами вновь обратились к традиционным ресурсам и начали возвращать в строй угольные предприятия. В кулуарах один из журналистов иронично заметил, что Великобритания из-за возвращения к угольной генерации рискует снова оправдать своё старое прозвище — Туманный Альбион. Правда, на этот раз туман может подниматься не только над морем, но и над городами, смешиваясь с дымом труб. А пока на форумах говорили об энергетической справедливости, в США готовились к другому сценарию. Пентагон запустил программу FORTRESS, которая должна обеспечить ключевым военным базам до 90 суток автономной работы в случае сбоя гражданской инфраструктуры. Для этого создаются резервные системы энергоснабжения, воды, топлива и связи, включая микросети, аккумуляторные комплексы и малые атомные реакторы. Одновременно наращиваются запасы боеприпасов, медикаментов и комплектующих, усиливается защита навигационных и спутниковых систем от помех, а гражданские предприятия при необходимости смогут быстро перейти на выпуск военной продукции. Эксперты считают FORTRESS ответом на растущие энергетические, инфраструктурные и технологические угрозы. Современная стратегия США строится не вокруг отдельных видов оружия, а вокруг единой технологической экосистемы, где человек остаётся стратегом, а скорость, анализ данных и часть рисков берут на себя машины и алгоритмы. Среди ключевых направлений развития выделяются гиперзвуковое оружие, лазерные системы направленной энергии, средства радиоэлектронной борьбы, автономные роботы и беспилотники. 🔥2) Всё это объединяется искусственным интеллектом и концепцией Internet of Military Things, которая связывает в единую сеть сенсоры, технику и бойцов, обеспечивая обмен данными в реальном времени. Дополняют систему экзоскелеты, новые маскировочные материалы, кибертехнологии и перспективные биотехнологии. Главная ставка США делается не на отдельные разработки, а на их интеграцию в единый комплекс, обеспечивающий технологическое превосходство на поле боя. Так в один день прозвучали два разных, но связанных между собой разговора. В одном говорили о будущем энергетики и справедливости, в другом — о запасах, автономности и готовности к длительной изоляции. Мир всё чаще рассуждал о «зелёных» технологиях, но за кулисами уже строил резервные системы на случай, если привычный порядок внезапно перестанет работать. А он для Европы, кажется, скоро работать и перестанет. Ибо лицедей-клоун Зеленский, слуга двух господ — радикалов-сионистов и Лондона, от наркоты своего ума уже не имеет, и лишь на уровне инстинкта осталось заучивать и играть роль по бумажке. Сегодня один хозяин дал задание, что говорить, а завтра наркофюрер по заданию второго хозяина говорит другое. Но агрессивная война с Россией, можно уже сказать, НАТО с 56 странами проиграна. И тут Европа после намёка Зеленского, что если Запад перестанет кормить его восьмисоттысячную армию, то мы придём к вам и будем у вас жить, и вам это не понравится, вдруг обнаружила, какого она монстра Франкенштейна создала. Не менее тревожно выглядят и события в Грузии. Там радикально настроенные политики уже говорят не о минатингах и протестах, а фактически о необходимости раскачать всю страну. Словно кому-то недостаточно шума на одной площади. Словно мирная жизнь сама по себе стала раздражителем. Им нужен не спор, а пожар, не недовольство, а хаос. Но история раз за разом доказывает одну простую истину: поджечь дом гораздо легче, чем потом отстроить его заново. Сегодняшний мир всё больше напоминает старый корабль, попавший в шторм. Одни пассажиры продолжают делить каюты, другие спорят о том, кому принадлежит палуба, третьи мечутся с факелами по трюму. И лишь немногие замечают, что главный вопрос давно уже не в том, кто окажется хозяином корабля, а в том, удастся ли ему вообще остаться на плаву. Но это лишь мое мнение, а выводы за вами.