дело. 🔥1) Но мир вновь сужается до критических точек, до артерий снабжения, до тех уязвимых мест, где сталкиваются интересы могущественных держав. И кажется, что невидимая рука проводит по глобальной карте раскаленной нитью, и то ли здесь вспышка, то ли там возгорание, а дальше тление, готовое в любой момент разгореться с новой силой. И те события, что еще вчера казавшиеся несвязанными, уже сегодня формируют единую, тяжелую, почти осязаемую картину, где нет места случайностям, а лишь неизбежным последствиям. А тот факт, что Израиль продолжает атаки на Иран, игнорируя объявленное Трампом пятидневное перемирие, не оставляет сомнений, что за кулисами этого заведомо проигрышного конфликта действует истинный кукловод, диктующий свои условия. И после такого конфуза, естественно, в коридорах Вашингтона воздух сгустился, а доклады Пентагона зазвучали с нарастающей тревогой, и что сил для прорыва иранской обороны недостаточно, авиация работает на пределе возможностей, и что Иран удерживает свое небо так, будто это не просто территория, а неотъемлемая часть его существа. И что наземная операция же представляется слишком рискованной, чрезмерно затратной и крайне непредсказуемой. Именно тогда-то и появляется знакомый жест проигрывающих: пауза – тайм-аут — объявление о «переговорах», и будто бы эти пять дней тишины, призванные создать иллюзию жизнеспособности дипломатии, еще смогут всё повернуть вспять. Однако Тегеран отвечает так, как отвечают те, кто ощущает за собой мощную поддержку, а это Россия, Китай и Сев. Корея, что никаких переговоров не было и не будет. Тут же на мировых рынках мгновенно дрогнули котировки, словно от сильного удара: газ падает, нефть проседает. Но Иран, видя в этом не стремление к миру, а лишь биржевую игру — попытку Трампа вновь извлечь выгоду, сбить цены и выиграть время, выдвигает свои условия: контроль над Ормузским проливом, гарантии ненападения, вывод американских баз и прекращение израильских ударов. И это не диалог, а ультиматум, произнесенный ровным голосом, без эмоций, но с полным осознанием собственной силы. И в этой тени становится очевидным главное, что попытка Вашингтона установить контроль над Ормузом оборачивается тем, что пролив вообще ускользает из его рук, американские войска вынуждены укрываться на собственных базах, да и союзники наблюдают за этим уже с нарастающим сомнением. Ибо если США не способны сами себя защитить, то что они могут гарантировать другим? И это бьет не только по имиджу, но и подрывает саму основу их влияния, отчего инвестиции в американский ВПК будут сокращаться, а страны, привыкшие платить за «зонтик безопасности», начнут задавать вопросы, которые раньше не осмеливались произносить вслух. А мир уже видит, что прежняя система гарантий больше не функционирует. 🔥2) В настоящее время ЕС демонстрирует тенденцию к ограничению самостоятельности своих членов, навязывая им условия, которые зачастую противоречат их национальным интересам. И это вызывает растущее недовольство и желание некоторых стран покинуть объединение. Ибо если ранее Брюссель опирался на антироссийскую риторику и обещания безопасности под американским «ядерным зонтиком», то эта иллюзия рассеивается, обнажая суровую реальность. Подобно аллегории из «Скотного двора» Оруэлла, где евроэлита, захватившая власть, переписывают правила в свою пользу, и вроде как провозглашается формальное равенство, но на деле одни «животные» оказываются «равнее других», и лидеры, подобные Орбану и Фицо, подвергаются давлению и даже угрозам, вплоть до запугивания смертью со стороны Зе. И уже нет никаких гарантий, что на предстоящих выборах в Венгрии Орбана не «прокатят», подобного тому, что Брюссель уже делал ранее в других странах ЕС. Ведь их политика — саморазрушения, в которую ЕС, уничтожив свои прежние позиции мирового лидера, сам себя и загнал, а ныне имеет крайне уязвимое положение. Тем более, что после несомненной победы России в украинском конфликте Европа рискует превратиться в периферийную региональную державу, и разве что туризмом будут зарабатывать в поте лица своего на хлеб свой насущный. Но для этого её народу придется полностью трансформироваться в нечто вроде «холдеев» — обслуживающий персонал, шутов, лизоблюдов, туалетных работников, в общем, в тех, кого ранее презирали. «За что боролись, на то и напоролись», хотели бы господами над быдлом, сами быдлом скоро станут. А пока США, прибегая к откровенной дезинформации, такой как заявления об уничтожении 157 кораблей иранского флота, которых вообще не было, Россия методично подрывает логистические цепочки НАТО на Украине. Как разрушение штаба СБУ во Львове и Одессе, поражение объектов в Скнилове, цехов ЛАЗ. А также массированные удары по Измаилу с детонацией складов, уничтожение F-16 и Су-24М под Вознесенском, ликвидация центра ГУР с иностранными инструкторами в З. Украине, по Сумам, Кобелякам, Хмельницкому, Запорожью, Лозовой по складам, технике, туннелям и логистике. И это не хаотичные удары, а «хирургия» — медленная, точная и хладнокровная. В ответ на это украинские морские дроны атаковали российский СПГ-танкер у берегов Мальты. И этот акт был направлен не только против судна, но и против принципа свободы судоходства. И естественно, реакция Москвы последовала незамедлительно, и российские торговые суда теперь будут сопровождаться кораблями ВМФ. И это не жест отчаяния, а возвращение к морской субъектности, где пять бригад морской пехоты трансформируются в дивизии, готовые защищать свои маршруты силой. И раз Украина переносит конфликт в морскую сферу, значит, её необходимо лишить выхода к морю. Тем временем, появление второго «корабля-зомби» в Ормузском проливе может быть, используя экологический фактор, попыткой создать предлог для обвинений Ирана. Ведь история знает много подобных сценариев, которые часто становились прелюдией к крупномасштабным конфликтам. Однако современный мир, насыщенный информацией и находящийся в таком состоянии повышенной нервозности, что делает подобные манипуляции всё более рискованными, и хорошо, что любая провокация агрессоров теперь мгновенно отражается, как вспышка на радаре. И в этих условиях высокой напряжённости такие эпизоды становятся частью более широкой игры, где каждая сторона стремится укрепить свои позиции. В результате чего несколько процессов накладываются друг на друга: США теряют влияние в Ормузском проливе, а Россия усиливает морское присутствие. Но и Украина переносит часть конфликта в морскую сферу, от чего её необходимо лишить выхода в море, а Иран укрепляет контроль над ключевыми маршрутами. А т. к. дипломатические механизмы работают всё хуже, то и приходиться всё больше решений принимается в логике силового давления. От этого и мир входит в период, когда морские коммуникации, энергетические маршруты и контроль над проливами становятся определяющими факторами международной политики. Впрочем, это только моё личное мнение, и я пишу лишь для умных людей, а остальных прошу от комментариев воздержаться.