Я шью штаны. В молодости жизнь устроена проще, прошлые обиды быстро забываются, а вчерашний враг, сегодня уже друг. На стадионе, мы как старые приятели гоняли шайбу, греться бегали к Янису, пили чай, с тем кто что принесёт, болтали и совместно ходили в кино. Я ездил к тёти Тани и Ритки, но и тренировки ни когда не пропускал. По вечерам читал, так что свободного времени на безделье не было. До весны время как-то быстро пролетело, начали уже более легко одеваться. В школе тоже следили за модой и то один, то другой начали ушивать брюки. Ну и я не остался в стороне. В нашей семье постоянно что-то перешивали, перелицовывали и я так насмотрелся этого, что мне показалось что и я уже всё умею. Взял школьные брюки, замерил как это делали родные, взял линейку, очертил мелом и ... отрезал. Открылась дверь и вошла тетя Лида с мамой старенькой, увидев меня, бабушка всплеснула руками и произнесла:-"Ой , да ты что делаешь!? Да разве это так делают. А ну одевай штаны. "-я одел, верх то я не трогал, а на ногах болтались по два куска материи. "Ну посмотри что наделал, да ты Лида взгляни, он же запас забыл оставить. Отрезал как под корешок."-Да ты мама не волнуйся так."-сказала тётя Лида-"Сейчас что-нибудь придумаем. Может клинья вставить, а ?"-"Вообще-то только это и остаётся, заладиться и ни чего видно не будет"-Работа пошла и через некоторое время, меня позвала бабушка:-"Давай , мерь, портняжка ты наш". Быстро надев брюки с наглаженными стрелками, я посмотрел на себя в большое до пола зеркало. Там на меня глядел стиляга, на которых часто рисовали карикатуры в печатных изданиях. Сердце у меня оборвалось, но я, чтобы не расстраивать родных, весело сказал:-"Отлично, точно как я и хотел. Огромное вам спасибо, в школе буду как все. Ещё раз спасибо, пойду домой и покажу маме." Но мамы ещё была в институте. Днём работала продавцом в универмаге на центральной площади в отделе игрушек. Меньшую часть серого , мощного как скала с большими витринами, занимал "Сотовый"гастроном. Я иногда приходил к маме и мы ходили в обкомовскую огромнейшую столовую. Все в округе думали что именно там всё лучше и вкуснее, но мне почему-то этого не показалось. Возможно на них самовнушение действовало больше, чем логика. Не уж-то слуги народа будут сидеть и есть вместе с народом, когда на против через центральную площадь такой шикарный ресторан. Но видно слугам одного ресторана было мало и он рядом стоящий огромный трёхэтажный универмаг,перестроили в последствии, в ресторанный комплекс. Где в фойе было два кафетерия, вверху довольно вместительный ресторан с антресолями, а вниз вела лестница в винный бар. Не дождавшись мамы , я лёг спать, а утром, всё как всегда впопыхах, встал,умылся,поел и на остановку трамвая. Мама так и не заметила моих штанов, а может просто промолчала. Она у меня не любила попусту говорить, как другие женщины. Она многое видела, много знала и всегда молчалива, но её взгляд всегда говорил о многом и порой он заменял ей лишние разговоры. Юрка уже был в трамвае:-"Здорово"-пробурчал Юрка, видно было как он борется со сном, трамвай был полон, но постепенно, по мере приближения к нашей остановке он пустел. На площади Калинина вышла основная масса на завод, но к нашей остановке добавился ещё народ, так как был ещё один завод и институт. Вывалила толпа , рабочие, студенты и мы школьники. Пройдя несколько шагов, Юрка остановился и тупо уставившись на мои ноги, прошептал:-"Это чо штаны такие."- нагнувшись, он внимательно осмотрел брюки и авторитетно заявил:-" Труба тебе Юрка, не пустят в школу. В таких штанах только стиляги ходят. Тебе ещё их причесон и в детскую комнату милиции тебе дорога заказана". Зайдя в школу, я сразу почувствовал на себе удивлённые взгляды ребят. Но прозвеневший звонок, заставил всех разбежаться по классам. И тут по закону подлости , классная вызывает к доске: -" Ну как Родионов отдохнул?"-спросила она,глядя в журнал.-"Хорошо"-ответил я, "Отдыхать всегда хорошо"- подхватила она. "А ты помнишь прошлый урок?"-я уже хотел ответить, но тут она увидела мои брюки."О, это что такое?"- я увидел что в ней борются два чувства, строгость и смех, но посмотрев на моё лицо, смех победил. Она начала и весь класс подхватил, да и я не вытерпел и тоже засмеялся со всеми.Она утирая слёзы смеха, кое как проговорила:-"Иди к завхозу и от моего имени скажи ему, чтобы он тебе нашёл нормальные штаны, а не эти клоунские панталоны!" Завхоз, старый вояка, может быть, потому что как нам рассказывал что-либо, то всегда что-то новое. То он танкистом на Курской дуге, немцам жару дал:-" Адский холодище был."- а я читал что сражение на Курской дуге, было с 5 июля по 23 августа 1943 года. Я ему и сказал об этом, но он даже не смутился:-"Так я про подготовку рассказываю"- продолжал он. Как-то он говорил что зенитчиком был, да ещё кем-то. А может в тылу какую-нибудь грыжу лечил. Но выслушав меня, задавать вопросы не стал, поковырявшись в кладовке, принёс почти новые штаны:-"Это в прошлый месяц один парень уходил, так сдал,носил всего ничего, да и учился пару месяцев, да уехал в Москву жить."-я поблагодарил его и одел штаны и побежал на урок.Ни кто даже внимания на меня не обратил и снова потянулись школьные будни. Наступающие тёплые денёчки и ласковое солнышко, говорили об окончании пятого класса, не отдавая себе отчёта, детвора как-то оживилась от зимнего «сомнамбула» и приободрившись заверещали, подобно вернувшимся пернатым. Из больницы вернулся совершенно здоровый раненый ученик, его встречали как героя и собрали линейку и на ней говорили ему добрые слова. На первомайские праздники нас отпустили домой и я с Юркой, целый день до позднего вечера бродили по праздничным улицам, а на площади пели и плясали подвыпившие горожане. И вдруг мне стало что-то так то ли хорошо, то ли под впечатлением всего увиденного, но мне так стал близок этот совершенно незнакомый мне народ, что я готов был обнять всех сразу и поцеловать не только их щеки, но и натруженные от труда руки. И пусть они не так модно одеты и до отличного воспитания им далеко, но они такие, они настоящие и открытые. Недавно отгремевшая война, эта страшная напасть, она делала своё чёрное дело, но и объединило народ, сделав его крепким кулаком, разбившим фашизм и освободив многие страны. Поэтому англосаксы и испугались продолжить войну, но уже против СССР, хотя план у них был уже готов. Я тогда почувствовал свою близость к этим людям, этот народ стал моим народом, а я частичкой этого целого и непобедимого. Люди были все приветливы и угощали друг друга всем тем, что принесли из дома. Конечно мы, целый день голодные, не стали отказываться от предложенного и пели и плясали вместе с ними.Сейчас через столько лет, я с теплотой вспоминаю тех людей, потому как именно они дали мне ощутить себя членом одной большой Советской семьи и этим я буду им всю жизнь благодарен. "Юрка ты что это в облаках летаешь, что ли?"- сказал толкнувший меня Юрка. "Я к тебе уже второй раз обращаюсь, а ты как будто бы меня не слышишь". -" Я что-то домой захотел, да и поздно уже. Может хватит на сегодня,а?"="Да и я думаю что пора по домам, а то мама беспокоится начнёт."- сказал я и мы отправились по домам. На дверях была записка-"Я у бабушки, мы тебя ждём"- и время, но судя по написанному это было давно, но ни чего не оставалось, как побежать на трамвай и через пару остановок от базара по улице Гоголя и я уже звонил в дверь бабушки. Дверь открыла порозовевшая тётя Лида, обняла меня и поцеловав сказала:-"Юра, ты где это шлялся целый день? Мы тебя целый день ждём. Уже хотели в милицию заявлять, да твоя мать отговорила. Говорит что ты самостоятельный." От неё пахло духами, вином и колбасой. У меня сразу зажурчал пустой желудок. Войдя в квартиру, я увидел тётю Таню, Ритку, тех мужчин, которые были на Новы Год. Из кухни выла мама, а за ней с полной большой миской пельменей бабушка. Музыка играла, застольный гомон дополнял веселье, которое видно было уже давно, судя по невнятному хору приветствия мужчин. Они сидели в белых рубашках, сняв пиджаки и галстуки, с раскрасневшимися лицами и о чём-то весело спорили. Подошла Ритка и спросила:-"Ты где был целый день? Мы тебя ждём, ждём, а тебя всё нет."- "Да заешь, Ритка, мы с Юркой и в демонстрациях участвовали, и на площади с народом праздновали, там наверно и сейчас народ , может фейерверки пускать будут. Как там интересно, а люди какие хорошие и добрые . Нас кормили и лимонад давали, во у меня ещё и конфета осталась. Будешь?"- и я ей протянул конфету, вроде "Мишка на севере"или "Мишка косолапый." Сказав спасибо, тут же её отправила в рот и уже с набитым ртом, стала говорить:-"Юр, там нам в той комнате накрыли стол, пойдём есть пельмени."-"С удовольствием, я так жрать захотел, аж в животе больно". "Тогда пойдём, бабушка туда уже всё отнесла. А то всё остынет." И действительно, на низеньком, но длинном столике, было всё тоже, что и на большом у взрослых. Мы ели, запивая лимонадом, Ритка рассказывала свои новости, я свои, бабушка то с нами сидела, то бегала большой стол обслуживать. Потом мы вышли в большую комнату, там танцевали, а за тем включили телевизор, который купила тётя Лида, заработав на портретах и стали смотреть недавно появившийся «Голубо́й огонёк» .